- И какое же?

- Клуб Балбесов-Мэнээсов!

- Ха! А что, здорово соответствует изменившейся действительности! Растем! Были просто разгильдяями, а теперь балбесы при званиях! - засмеялся Славка.

- Отлично, жду звонка!

"Так за разговорами и рабочий день скоротали" - потягиваясь, сыронизировал я. - "Теперь надо к встрече гостей готовиться".

Славка Земельский, Федька Карасин и я, Женька Котов начали приятельствовать еще где-то на 3 - 5 году обучения, когда вместе учились в одном классе нашей сорок первой городской школы. Естественно, были и другие приятели, но к старшим классам, наш дружный междусобойчик окреп в настоящую дружбу по интересам. Нам крупно повезло, что до последнего года нас не разъединяли, не то что в разные школы, но даже в разные классы. Это было прекрасное время мелких хулиганств, игр, мечтаний и рассуждений о жизни - эдакой детской философии. У нас было столько тем для разговоров! Вокруг был еще непознанный мир, и мы штурмовали его тайны, как могли, зарабатывая царапины, шишки и выволочки от взрослых.

Тяжелым испытанием для нашего мальчишеского клуба стало окончание школы и поступление в разные университеты. Несмотря на нашу дружбу, оказалось, что склонности у всех были различные. Я хорошо помню, как сам определял для себя будущую профессию. Я мысленно представлял, что мне очень удается и что мне нравиться. Так, мне страшно нравилось сочинять песни, которые мы пытались исполнять в своем ансамбле "Рваное ухо". К сожалению, я понимал, что у меня большие нелады со слухом и чувством ритма. И потом, я чувствовал, что я домосед, и постоянные гастроли и разъезды не для меня. Мне очень неплохо давалась математика, физика и техника, но я не любил мир сухих цифр и железа. У меня была ужасные отметки по литературе (хотя читал я много) и немецкому (которого я терпеть не мог). Решающее влияние на меня оказал мой дедушка, который был научным сотрудником в университетском ботаническом саду. Таким образом, биологический факультет оказался единственным правильным выбором для не очень радивого абитуриента.